Мне сегодня весело.В зоопарке тесно.Хохочу над хоботомСерого слона.И этюды ГнесинаГрамотно и пресноПианисты-роботыШпарят из окна.На чугунной клеткеНадпись «обезьяна».И толпа смеется:Зверь танцует твист.Воробей на веткеПерья чистит рьяно,А к нему крадетсяКот-рецидивист.Выхожу из парка.На окошках шторы.ВелосипедистыБешено летят.Завтра будет жарко.Заперев запоры,Дома пианистыБезмятежно спят.1966
«Ах, черт!…»
Ах, черт!Поди-ка, что за шутка?Смотри, ты видишь, видишь, тамГуляет жареная уткаПо телеграфным проводам.Смотри, она еще дымится,Румяной корочкой хрустит,И, аппетитное на вид,Крыло на солнце золотится.Но кто позволил?ПочемуТам не душа парит, а тело?Царит промасленный ОтеллоВ горячем кухонном дыму.Он говорит:– Сегодня пир.Духовной пищи жаждет мир.С душою поменявшись, телоНа небеса лететь хотело,Но не смогло и ходит тамПо телеграфным проводам.1966
«Чего я стою? Сколько дважды два?…»
Чего я стою? Сколько дважды два?Четыре – отвечают. Я старею.Уже за мной недобрая молваТоропится, вытягивая шею.Опомнишься в квартире городской,В чужом пиру – и темном, и невнятном,Где свечи обливаются тоскойИ на паркете оставляют пятна.Опомнишься – великой теснотыНе пережить в полуметровом свете,И обречен бессмертию не ты,А бронзовый подсвечник на буфете.1966
