ТогдаНагнулась женщина и подняла с землиНагретый пылью белый зуб акулы.1966

Исикава Такубоку

Я – Исикава Такубоку.Лежу под солнцем на боку.Молясь языческому богу,Слезы сдержать я не могу.Среди разбросанного хламаЛачуг и сосен, недвижим,Сияет вечный Фудзияма,И облака стоят над ним.Мой остров мал, как панцирь краба,И так же тверд, и так же сух,Но, словно стяг, пылает храброНад ним несокрушимый дух.И европейские привычкиЕго не могут изменить.Не подобрать к замку отмычкиИ нашу волю не сломить.Я – Исикава Такубоку.Я вижу птицу и змею.Своей стране, надежде, БогуЯ никогда не изменю.И пусть немилостив упрямоКо мне годами дом родной,Я буду горд, как Фудзияма,Своею древнею страной.1966

«Еще по мостикам горбатым…»

Анне Ахматовой

Еще по мостикам горбатымПролетки черные скользят,И, снами тяжкими объятый,В туманах виснет Петроград.Еще гуляют на Фонтанке,Но свечи гаснут. Три, одна…Еще промчится на тачанке,Как пыль, привычная война.Еще несчастье не случилось,И счастье тоже не пришло.Кровь по ступеням не струилась,Вино рекою не текло.Но дни безумные листаяПри тусклом свете фонарей,Спешит Россия белой стаейК судьбе назначенной своей.1966

«У Императорского сада…»

У


11 из 139